Без единой улики

Однажды, приблизительно за девять лет до описываемых в фильме событий, доктор Ватсон лечил инспектора Скотланд Ярда. Говорил он с пациентом не только о его болезни, но и о его работе, и, выслушав факты одного очень запутанного дела об убийстве и сопоставив их, помог найти убийцу. В то время Ватсон ждал назначения в штат одного очень консервативного медицинского колледжа, руководство которого не одобрило бы его дедуктивное хобби, поэтому он приписал раскрытие преступления вымышленному лицу, несуществующему детективу — Шерлоку Холмсу.Должности Ватсон так и не получил, а Скотланд Ярд не забывал про него и его таинственного друга-детектива, постоянно обращаясь к их (точнее, к его — Ватсона) помощи в раскрытии преступлений. На досуге же Ватсон стал писать детективные рассказы о якобы их с Холмсом приключениях, которые охотно публиковал журнал «Стрэнд». И вот настал момент, когда восторженная публика потребовала предъявить ей живого Шерлока Холмса.Ватсону не оставалось ничего другого, как нанять актера Реджинальда Кинкейда для исполнения роли великого сыщика, раскрывающего все преступления, которые на самом деле раскрывал сам Ватсон. Сам же доктор теперь был при живом гении кем-то вроде помощника. Тиражи «Стрэнд» росли, популярность и слава Шерлока Холмса множилась день ото дня, но вся беда была в том, что Реджинальд Кинкейд был не только бездарным актером, но, в противоположность своему амплуа — Холмсу, жутким бабником, алкоголиком и напыщенным остолопом, не способным даже на самое элементарное умозаключение.